04.03.2017 00:05   Новости

До войны было лучше, после войны будет лучше

© фото Министерство информации ДНР

Сейчас в Донецке, хотя, разумеется, и не только в нем, активно вспоминают начало «Русской весны». 1 марта 2014 года под восторженный рев манифестантов, многотысячной, стихийной и явно слабо управляемой, если управляемой вообще, человеческой общности, над городом взлетел российский трехцветный стяг. Это было круто и духоподъемно!

Возвращение через век

Кстати, сейчас подумалось, а когда он до этого-то в наших краях хлестал воздух полотнищем? Не на спортивных состязаниях как атрибут международного статуса, а вот так, как свой флаг, как святыня и символ четко сделанного выбора? Пожалуй, без малого лет сто прошло.

В Гражданскую, когда Юзовка (нынешний Донецк) многократно переходила из рук в руки, уверен, что временами триколор над ней развевался. Не говорю точно, потому как вопрос этот не изучал. Можно предположить, что прошлый раз такое случилось в 1919, стало быть, 95 лет понадобилось на возвращение ситуации на круги своя. Совсем не мало, если примерять к человеческой жизни, да и в масштабах общеисторических, тоже кое-что да значит.

Я не случайно выше сказал о стихийности действий в марте 2014. Так оно и выглядело, я-то в этих событиях был и участником, и свидетелем. Сложилась какая-то удивительная ситуация, когда массы вдохновенно творят, сами еще не вполне осознавая, что именно. Есть порыв, жажда движения, порой и бестолковая даже, с фрагментарно возникающими и тут же исчезающими лидерами, ораторами и заводилами. Зато с полным уверенным ощущением своей правоты. С осознанием того, что сейчас творится история. Тем паче, что всем грел душу крымский опыт. Как же мы были рады за крымчан. И к себе их удачу, чего там греха таить, примеряли, мечась 1 марта между площадью Ленина и областной администрацией.

Потому как, просто стоять, слушать речи и песни, кстати, очень даже искренние, не было никакой возможности. Лишь только возникал призыв, ай да-де к администрации, и все с флагами, первомайским каким-то настроением устремлялись туда по улице Артема. Автомобильное движение застопорилось. Никто не дерзнул мешать людской волне. Да и бесполезно это было бы.  Даже гонористые донецкие владельцы дорогих иномарок притихли в своих обтянутых кожей салонах, обтекаемые со всем сторон людским потоком. Небось, тихонько матерились, но не смели и пикнуть. Такая это силища, когда народ идет. Можно и под горячую руку попасть.

Полет «Беркута»

На флагштоке у администрации и подняли российский флаг. В этот самый момент или совсем чуть-чуть позже позвонил мой школьный друг, он давно живет в Киеве. Говорит, мол, слежу за всем по Интернету, не думал, что так скоро случится, предполагал, что чуть позже… А я думал? Не чаял и дожить до этакой радости.

На площадь вышли «робокопы» из «Беркута». Демонстративно проследовали через толпу и выстроились у стенки администрации, показывая, что они тут, да, приказ им такой дан, но мешать землякам они не собираются. Сорвали овацию, бойцам несли цветы. Для Донецка «Беркут» — это вообще символ чего-то очень правильного, что уничтожить, конечно, можно, очень сильно превосходящими силами и предательством, а вот согнуть нельзя.

Так учтите, это был еще момент совсем неоднозначный. Но и время принятия решений. В первую очередь, для себя. Недавно разговаривал с одним из повстанцев, из тех боевых ребят, кто с ходу не стал стесняться и взял в руки оружие, смог выжить, а теперь это краса и гордость армии ДНР. Так он говорит: «Мы ведь думали, перебьют нас всех». Силу, доложу вам, надо иметь, чтобы думать и знать даже, что перебьют, а все равно идти защищать свою правду.

Тогда, в марте 2014, все ждали худшего. Штурма администрации, горы трупов. Чего ждать от наших оппонентов — было чудесно ясно. Причем в горе запросто можно было оказаться и самому, даже и без оружия вовсе.

Как внезапно попасть в историю

У меня был случай. Когда вокруг Донецкой облгосадминистрации выросла баррикада, я часто на ней бывал. Вот тянуло просто находиться среди правильных людей. Странность заключалась в том, что часть города жила обыденной мирной жизнью, а часть уже находилась почти на войне. Так я утром по дороге на работу заезжал на баррикаду, потом в обеденный перерыв заскакивал, а уже вечером с женой туда шли. Общались со знакомыми, да и с незнакомыми тоже. Смотрели, что и как меняется, находились в тревожной атмосфере ожидания.

В один из вечеров, точнее, ночь уже была, я стоял на южной оконечности баррикады, ближе к бульвару Пушкина. Вокруг люди, кто чем занимается. Те на костре варят что-то незамысловатое, те на гитаре играют, старики-орденоносцы деловито снуют, молодежь кто в чем, от рыцарских доспехов и охотничьих курток до казачьих папах и пейнтбольных костюмов. Вдруг крик: «Едут!».

И верно, по бульвару от центра города в темноте плывут два «Икаруса». Баррикады ожили. Каждый, считай, выхватил откуда-то заготовленную арматурину или трубы обрезок, бейсбольную биту или черенок лопаты. Разложенные загодя покрышки облили соляркой… И я внезапно для себя оказался в первом ряду, правда, с пустыми руками. Подумалось: «А вот так люди попадают в историю».

Часть баррикадников рванула к автобусам. Самые несдержанные и героические. Им орут: «Куда вы все, как бараны? А если это отвлекающий маневр, если с другой стороны атаковать станут?». Автобусы остановились, вокруг них шло движение, но издали видно было не очень хорошо. В конце концов, борта стали сдавать назад. Побежавшие же им навстречу защитники здания администрации возвращались неспешно и довольные собой.

Рассказывали примерно такое: «Это были менты из Горловки. Говорят, что не собираются штурмовать, у них другая задача. Сейчас приедет ОМОН, будет нас вязать, а им надо отправлять задержанных по райотделам». Ничего себе перспективка, да? Кто там был главный из горловской милиции, не знаю, но он проявил мудрость и спросил: «Солярка есть у вас?». Оказалось, что да. Предложил плеснуть автобусу на лобовое стекло. Типа, повстанцы пригрозили поджечь машину, а милиция здравомысляще ретировалась. Так и сделали. Плеснули. Милиция сдала назад. Все остались довольны.

Администрацию, как теперь уже известно, так никто и не штурмовал. Баррикады довольно быстро разобрали. Украинская сторона, правда, придумала еще лучше — нанести по Донецку и Луганску удар с воздуха, танки двинуть. Но это другая история.

Майдан-будильник

До войны был у меня знакомец. Мы с ним контактировали по футбольным делам. Сам он с западной Украины. А работал в Киеве на специализированном футбольном канале, там таких много было, надо же вещать по-украински, а редко какого выходца, скажем, из Донбасса, пусть и очень классного специалиста, заставишь это делать качественно. Так вот, с этим персонажем мы часто спорили на идеологические темы. Но мирно. Тогда обстановка это позволяла. Когда уже бушевал Майдан, но еще был и сколько-нибудь приличный футбол, он рассказывал, что опасается: начнут стрелять там. Тем не менее брал с собой маленьких детей и шел туда, на майдан, в смысле. Мне это было удивительно, а он уверенно улыбался, типа, все идет нормально.

Когда в Донецке случилась «Русская весна», у нас с ним состоялся последний телефонный разговор. Я спросил: «Скажи, вот Крым отвалил, над Донецком российский флаг, Донбасс уходит. Ты доволен итогами вашего Майдана? Все получилось, как задумывали? Цветет у вас там страна?». Услышал в ответ, что-то невнятное, мол, не он же в том виноват… И распрощались.

Майдан — страшное явление. Но, скажу сейчас кощунственную как бы вещь, и в чем-то полезное тоже. Он ведь нас разбудил, смел иллюзии, напомнил, что мы русские, живущие на своей земле. И никому не дано право глумиться над нашими святынями, языком, традициями. А так могли бы вяло существовать в латентно нацистском государстве. Но оно миновало свою пассивную стадию, показала подлинное лицо и никакого шанса нам, кроме как отбиваться, не оставило.

Сейчас идет война. Мда… И, простите за банальность, это плохо. Вот ничего в ней хорошего не вижу. Война всегда хуже мира. Когда мне говорят, вот-де сейчас же людям живется худо… Во всяком случае, хуже, чем до войны, я соглашаюсь. Конечно! Странно, если бы было иначе. Не может во время войны житься лучше. Но нацизм — это еще хуже. Это просто конец, верный путь к нашему уничтожению, к торжеству мракобесия самой жуткой пробы. А когда будет лучше? После войны! Осталось только выстоять и победить.

В 2014 был сделан правильный выбор. Теперь-то после трех лет боев и смертей, но и ощущения гордости и собственного достоинства, сомневаться в этом было бы и неловко даже, что ли.

MARMAZOV.RU

 

comments powered by HyperComments
comments powered by HyperComments